Здесь, кстати сказать, весьма существенным считал я выбор профессии, которой наделял героев: большинство из них — архитекторы, а у нас в стране давно уже, едва ступили мы на путь созидания нового, коммунистического общества, вопрос «как жить?» стал вопросом «как строить?» — то есть это уже практический вопрос, движение к коммунистическим идеалам из области мечты перешло в область действия.
Заметим, что «практический вопрос»—это не значит бесспорный. Споров-то как раз вокруг вопроса «как строить?» множество, и автору надлежало занять в этих спорах определенную позицию. Но не позицию практика-строителя, градостроителя, а позицию художника, перед которым всегда встают свои вопросы — нравственные. Искусство, вторгаясь в действительность, исследует нравственные отношения, складывающиеся в обществе между людьми, и стремится активно воздействовать на эти отношения. И выходкар-тины на экраны становится продолжением споров ио «работе» и о «любви» — под углом зрения общественной морали.
Вы видели фильм «Любить человека», обсуждали его. Я получил много писем от зрителей, посмотревших картину. Любопытным оказалось совпадениемне-ний и в зрительских откликах и, соответственно, в ваших высказываниях.
Мне всегда бывает интересно узнать, что вы любите и принимаете в искусстве, что вам более интересно, что менее. Считаю важным дать несколько разъяснений по поводу суждений, которые вы высказали. Все-таки некоторые сцены до конца вами не поняты, разобраться в этом стоит, поскольку это касается принципиальной авторской позиции, какой бы она вам ни показалась — приемлемой или неприемлемой.