Я назвал картину—«Любить человека» и благодарен зрителям, приславшим свои отклики, — они поняли, что прямой призыв, заключенный в двух словах названия, автор адресует столько же себе, сколько и своим современникам, а категорическая интонация — «любить человека»! — означает, что здесь сформулирован принцип нашего социалистического бытия, общежития, то есть та социальная, партийная позиция, которой в настоящем и в перспективе обеспечено развитие нашего строя, нашего общества.
Между тем фильм, получивший это название, я ставил в излюбленной мною форме киноромана ожиз-ни и делах моих современников. Герои картины не обменивались восклицаниями, не призывали друг друга к достойной жизни — они жили, погруженные в повседневные обстоятельства своего бытия, но со стремлением  осмыслить сегодняшние  жизненные противоречия и, одолевая их, строить — они ведь «градостроители»!— строить новую жизнь, работая мужественно и честно, понимая цену и красоту труда.
Поэт Ярослав Смеляков одному из своих сборников дал название «Работа и любовь» — вот вам пример емкого определения, которое как бы исходит из того, что в жизни советского человека равно важны и отношения в сфере личной и общественные устремления и действия, а связаны они неразрывно, неделимо. И я исхожу из того же миропонимания: герои фильма «Любить человека» работают и любят — живут. Во имя чего они живут? На этот-то вопрос и должна была ответить картина.